Архив

Памяти народного артиста России Г.А.Струве

Памяти народного артиста России  Г.А.Струве

посвящается

Когда позволяло время, я любил ходить на выпускные экзамены студентов нашей консерватории. Это было интересно и поучительно. Ведь каждый выпускник неповторим даже в самых скромных, порой почти незаметных чертах свой личности, хотя сам экзаменационный «ритуал», в общем-то, проходил одинаково, можно даже сказать –  стандартно. Да иначе и быть не должно: экзамен есть экзамен. Но однажды я был свидетелем того, как этот стандарт был нарушен самым удивительным образом.

Это было весной 1964 года. Шли выпускные экзамены на дирижерско-хоровом факультете. Молодые дирижеры – как обычно, в зависимости от специальности, –   дирижировали студенческим хором или оркестром. Авторитетная комиссия, восседавшая за длинным столом вдоль барьера на балконе Малого зала Консерватории, оценивала в тот день одаренность и техническую подготовленность будущих хоровых руководителей. 

После перерыва сцену заполнили не студенты, а  школьники в праздничной пионерской форме. Это было полной неожиданностью. Алые галстуки расцветили строгую академическую атмосферу экзамена.  Ребят было не меньше восьмидесяти. С ними вышел скромный молодой человек. Неумело, застенчиво поклонившись слушателям и комиссии, он повернулся к ребятам, и зал наполнило чистое, светлое детское пение.

Дирижером был выпускник  Московской консерватории Георгий Струве – воспитанник профессора М.М. Багряновского, а хор состоял из школьников подмосковного города Железнодорожного. Ко времени своего выпускного экзамена Струве занимался с этими ребятами уже несколько лет, добившись таких художественных и технических результатов, которые уж никак не вмещались в рамки традиционных представлений о школьных хорах.

Большая часть слушателей, в том числе и члены экзаменационной комиссии, не догадывались, что они присутствовали при рождении новой формы музыкально-воспитательной работы с детьми – детской хоровой студии. Едва ли не единственным человеком, который хорошо знал об этом, был председатель комиссии, уже тогда известный мастер детского хорового искусства Владислав Геннадьевич Соколов. Именно он заметил выдающееся дарование Струве, поддержал его стремление поступить в консерваторию  и посвятить свою жизнь работе с детьми. И именно Струве был тем первым студентом-выпускником Московской консерватории, который часть своего дипломного выступления в 1963 году провел с детским хором.

Говорить о том, что представляют собой детские хоровые студии, я сейчас не собираюсь. Об этом много написано и сказано. Практика подтвердила прогрессивность студийной работы с детьми. Детские хоровые студии организовывались в школах и клубах, Домах и Дворцах пионеров, в столичных городах и небольших поселках. Точно сказать, сколько студий создано за эти годы, невозможно. Но, во всяком случае, количество студий, ставших известными,  зарекомендовавших себя превосходной работой, уже перевалило за 600. По образцу наших студий создано и несколько детских хоровых студий в Болгарии, Польше, Чехословакии.

Со Струве и его студией меня связывает давнишняя, настоящая дружба. К сожалению, я бываю в «Пионерии» гораздо реже, чем хотелось бы. Но каждый приезд туда – для меня праздник. А концерты, которые «Пионерия» ежегодно дает в Большом зале Консерватории, производят очень сильное впечатление.

Богатый и очень разнообразный репертуар, музыкальность, безупречный вкус, подлинное мастерство коллектива и общая атмосфера праздничности, которую усиливает традиционное участие в многосотенном хоре других  студий, обычно приходящих на концерты «Пионерии», – все это действительно оставляет глубокий след в душе всех участников и слушателей. Если вы заранее не запаслись билетом – попасть на концерт «Пионерии»  вам не удастся!

И все же в общении с юными студийцами, их руководителем и педагогами в их собственной «резиденции» – просторном, уютном доме – имеет свою особую, ни с чем не сравнимую прелесть. Возможность увидеть «черновую» работу с хором, услышать новые, еще не исполнявшиеся в концертах сочинения, а главное – возможность поговорить с ребятами, самому рассказать им что-нибудь интересное об искусстве, ответить на их вопросы, –  все это, конечно, весьма отличается от того, что чувствуешь, сидя в партере Большого зала Консерватории. Тот, кто хоть раз побывал в гостях у «Пионерии», воспринимает этот замечательный коллектив гораздо полнее, богаче и, если так можно выразиться, «стереофонично» и «стереоскопично».

А с Георгием  Александровичем меня связывает еще одна очень важная и крепкая нить. Завершив консерваторский курс по своей специальности, Струве вскоре почувствовал, что ему как хоровому дирижеру и музыканту все-таки не хватает композиторского образования. Тем более что в том памятном экзаменационном концерте, о котором я рассказал, среди произведений народного, классического и современного искусства прозвучала одна скромная обработка русской народной песни, сделанная Георгием  Струве специально для этой программы.  

Стремление получить более широкое образование привело Струве на теоретическо-композиторский факультет Московской консерватории, где он прошел в моем классе курс сочинения. (Любопытное совпадение – такая же нить связывает меня и с Владиславом Геннадьевичем Соколовым, занимавшимся у меня в свое время сочинением в Музыкальном училище при Московской консерватории).

С интересом и удовлетворением наблюдал я за тем, как в Струве-дирижере созревал Струве-композитор. Обоих, и дирижера и композитора, питал неистощимый творческий источник – дети с их радостями и печалями, со всей их многокрасочной жизнью. Первые же сочинительские опыты были несомненно удачны: в 1957 году на Всемирном фестивале молодежи и студентов в Москве его песню «Поезд дружбы» на стихи, сочиненные группой студентов, с большим успехом исполнил студенческий хор.

Однажды и навсегда связав свою жизнь с детьми, Струве посвящает им все свое творчество. И несмотря на то, что огромное количество времени и сил забирает у него руководство хоровой студией «Пионерия», помощь многим молодым студиям, созданным по образцу «Пионерии», другие заботы, связанные с музыкальным воспитанием детей, – несмотря на это Георгий Александрович все больше и больше времени уделяет композиторскому творчеству.

Среди его сочинений присутствуют весьма сложные хоровые произведения вплоть до многочастных развернутых сюит и кантат.

Есть среди песен Струве и забавные шутки, вроде «Капризных ершей» на стихи Агнии Барто, есть и романтического склада лирические песни, вроде «Школьного корабля» на стихи Константина Ибряева. Есть песни для хора без сопровождения и хоровые сочинения с симфоническим оркестром – глубокие, эмоциональные произведения, среди которых на первом месте должна стоять одна из лучших современных песен для юношества – «Матерям погибших героев» на стихи Леонарда Кондрашенко, которую поют уже многие студийные коллективы и детские хоры.

Множество ребят сейчас занимаются в детских хоровых студиях. Но порой не только они, но и их учителя-воспитатели даже не подозревают, кто дал жизнь источнику, питающему это чудесное движение, обогащающее умы, души и сердца. Пусть же они знают и не забывают, когда и при каких удивительных обстоятельствах это движение зародилось и с чьим именем оно связано.

Д.Б.Кабалевский